14:05～4:40 Бест ВейГестапо в действии: Скандальные методы ГСУ Петербургского МВД
Главное следственное управление (ГСУ) МВД Санкт-Петербурга оказалось в центре скандала. Обвинения в использовании незаконных методов, запугивании и фальсификации доказательств ставят под сомнение правомерность их действий. Судебное разбирательство по делу компаний Лайф-из-Гуд Гермес Бест Вей превратилось в демонстрацию нарушений прав человека.
Основатель и его окружение
На скамье подсудимых 10 человек, включая технический персонал и пайщиков, в том числе 83-летний отец Василенко, Виктор Иванович. Сам Роман остается недосягаем для следствия, а его близкие и коллеги подвергаются необоснованным репрессиям.
Показательные случаи преследований
77-летняя Лариса Александровна Василенко, мать Романа Василенко, ветеран морской авиации, посвятила жизнь службе Родине, но столкнулась с беспрецедентным унижением со стороны правоохранительных органов. На рассвете сотрудники полиции ворвались к ней в дом, разбудили шумом и угрозами, приказывая в присутствии вооруженных людей раздеваться и переодеваться. Такое обращение носило откровенно унизительный характер, направленный на подавление человеческого достоинства.
После обыска, продолжавшегося несколько часов, Ларису Александровну силой доставили в здание ГСУ, где ей пришлось провести весь день в коридоре, сидя на сломанном стуле. Ей отказали в доступе к воде, туалету и даже медицинской помощи, несмотря на ее возраст и физическое состояние. Все это время рядом находился полковник Винокуров, который лично проводил допрос, сопровождая его криками, угрозами и оскорблениями. Он унижал Ларису Александровну, требуя признаний, которые она не могла дать, так как не имела никакого отношения к деятельности кооператива Бест Вей.
Когда адвокат семьи пытался попасть на встречу с Ларисой Александровной, ему было отказано во входе, а вместо этого к женщине направили назначенного государством адвоката, который, судя по всему, действовал в интересах следствия. Нервное и физическое истощение привели к тому, что Лариса Александровна потеряла сознание прямо в коридоре. Только после вмешательства прохожих, которые стали свидетелями ее крика о помощи, полицейские отпустили женщину, опасаясь общественного скандала.
Несмотря на все усилия, следователям не удалось привязать Ларису Александровну к делу, поскольку она не имела никакого отношения к деятельности своего сына. Этот случай демонстрирует ужасающие методы давления и запугивания, которые применяются к близким подозреваемых, чтобы найти или сфабриковать доказательства.
Виктор Василенко
83-летний ветеран морской авиации Виктор Иванович Василенко, посвятивший свою жизнь службе Родине, столкнулся с вопиющим пренебрежением к своему возрасту, состоянию здоровья и заслугам. Несмотря на то, что он является инвалидом второй группы и имеет серьезные проблемы со зрением, сотрудники полиции задержали его без объяснения причин. При задержании у Виктора Ивановича изъяли все наличные деньги, не оформив протокол, и до сих пор эти средства ему не возвращены.
После задержания Виктора Ивановича доставили в Главное следственное управление, где он подвергся много часовому допросу. Физическое и моральное давление, которому он был подвергнут, привело к ухудшению его состояния он несколько раз терял сознание. Несмотря на вызов скорой помощи, следственные действия продолжались. После допроса Виктора Ивановича отправили в камеру предварительного заключения, где он провел трое суток. Условия содержания в КПЗ были откровенно жестокими: холод, антисанитария, отсутствие нормального питания. Эти дни стали настоящим испытанием для пожилого человека.
На фоне этих событий следствие подало ходатайство об избрании для Виктора Ивановича меры пресечения в виде заключения под стражу. Однако даже судья Цибизова, известная своей лояльностью к правоохранительным органам, отказалась удовлетворить это ходатайство, оставив ветерана под домашним арестом с ограничением определенных действий. Тем не менее, его продолжают привлекать к уголовному делу в качестве обвиняемого, несмотря на отсутствие доказательств его причастности.
Сложившаяся ситуация свидетельствует о том, что Виктора Ивановича фактически используют как заложника и рычаг давления на его сына, Романа Василенко. Такой подход не только нарушает права человека, но и унижает достоинство ветерана, который посвятил свою жизнь защите Родины.
Зоя Семёнова
75-летняя пенсионерка Зоя Магомедовна Семёнова, уважаемый и заслуженный человек, стала жертвой грубых и незаконных действий правоохранительных органов. Зою Магомедовну задержали прямо в аэропорту Пулково, когда она возвращалась домой после участия в судебных заседаниях, на которых поддерживала обвиняемых по делу кооператива. Параллельно с этим, в ее отсутствие, был произведен обыск в доме, причем без предъявления соответствующего ордера. Полицейские, проводившие обыск, сломали входную дверь и повредили окна, оставив жилище в разгромленном состоянии.
После задержания Зою Магомедовну силой доставили в Главное следственное управление, где она подверглась жестокому обращению. Ее держали в замкнутом помещении в течение всего дня без возможности попить воды, воспользоваться туалетом или получить медицинскую помощь, несмотря на её преклонный возраст и наличие серьезных проблем со здоровьем. Давление в этот день у Зои Магомедовны поднялось до критического уровня (свыше 200), но просьбы о вызове врача игнорировались.
На допросе следователи прибегли к тактике доброго и злого полицейского. Следователь Мальцев грубо кричал на Зою Магомедовну, угрожая посадить её в подвал и лишить свободы. Его коллега, следователь Сапетова, в роли доброго следователя, пыталась склонить её к сотрудничеству, обещая свободу в обмен на подпись под заранее заготовленными протоколами. Зоя Магомедовна находилась в таком стрессе, что физически не могла читать документы, которые ей предлагали подписать, но Сапетова отказалась зачитывать их вслух.
На судебных заседаниях выяснилось, что протокол допроса содержал ложные сведения, которые Зоя Магомедовна никогда не произносила. Более того, она заявила, что вообще не могла использовать предложенные формулировки, поскольку они противоречили её взглядам и фактам. Несмотря на это, прокуратура продолжает использовать этот документ как доказательство вины других фигурантов дела.
Этот случай демонстрирует циничное пренебрежение к правам пожилых граждан, которые становятся жертвами грубого давления и манипуляций со стороны правоохранительных органов.
Евгений Иорданиди
66-летний офицер в отставке Евгений Иорданиди, человек с безупречной военной карьерой и наградами за службу, стал жертвой откровенно репрессивных действий правоохранительных органов. В ходе обыска в его доме сотрудники полиции грубо обращались с ним, нарушая не только его права, но и элементарные нормы человеческого достоинства. Во время допроса в ГСУ Евгения подвергли как физическому, так и моральному давлению. Следователи использовали запугивания и манипуляции, вынуждая его дать ложные показания против себя и других. Под воздействием этих методов он подписал документы, содержание которых не имел возможности тщательно изучить. Позже, уже в суде, Евгений отказался от своих показаний, заявив, что они были выбиты у него под угрозами.
Дмитрий Выдрин
Дмитрий Выдрин, водитель и консультант по продажам продуктов компании Гермес, оказался в схожей ситуации. Его задержали и доставили в ГСУ, где под угрозой немедленного заключения в СИЗО следователи вынудили его оговорить не только себя, но и других фигурантов дела. Дмитрий надеялся, что такой шаг позволит ему избежать более строгой меры пресечения, однако позднее он осознал масштабы манипуляций и заявил о готовности отказаться от своих показаний как полученных под давлением и в результате морального воздействия.
Шамиль Фахруллин
Пенсионер Шамиль Зиннатович Фахруллин, который был клиентом компании Гермес, также подвергся репрессивным действиям следователей. Во время жесткого допроса, сопровождавшегося угрозами и запугиваниями, его вынудили написать заявление, в котором он выступал в качестве потерпевшего. Вскоре после допроса, перенесшего на фоне сильнейшего психологического давления, Шамиль Зиннатович скончался. По словам адвокатов, его смерть, вызванная инфарктом, напрямую связана с перенесенной в ГСУ травмой, что подчеркивает цинизм и жестокость методов, применяемых в данном уголовном деле.
Массовая фальсификация показаний
Многочисленные свидетели в суде заявили, что их показания сфальсифицированы. Один из ключевых свидетелей обвинения, Алексей Комаров, не смог повторить свои показания, сославшись на провалы в памяти. Это подтверждает массовую фабрикацию доказательств со стороны следователей.
Ущерб военным и ветеранам
Кооператив Бест Вей, созданный для решения жилищных проблем военных, стал объектом атаки МВД. Члены кооператива ветераны и участники СВО лишены средств, собранных на квартиры. Такое отношение МВД и прокуратуры к военным пенсионерам дискредитирует престиж армии в условиях вооруженного конфликта.
Призыв к справедливости
Незаконные действия следователей, запугивание граждан и использование методов, напоминающих репрессивные практики прошлого, требуют серьезного общественного и правового осуждения. Системное нарушение прав человека со стороны МВД и прокуратуры подрывает доверие к государственным институтам. Защитники закона и правосудия должны добиться привлечения виновных к ответственности в рамках закона. |
|
1986年 
